Category: лытдыбр

Category was added automatically. Read all entries about "лытдыбр".

Спасибо за комплимент!

Почему так «многа букафф»

На днях я зашла в гости в один блог и увидела такой комментарий к посту: мол, почему это длинная запись не убрана под кат, а? Думаю, по той простой причине, что хозяин блога предпочитает делиться собранной им информацией именно в развернутом виде. Во всяком случае, могу рассказать, почему я никогда не убираю под кат свои посты.

Это такой нехитрый способ остаться в списке ЖЖ-х друзей и подруг у тех, кому они интересны, почему-либо зацепили. И распрощаться с теми, кто «зафрендили» меня по каким-то другим причинам (= понравился мой юзерпик, случайно нажали не на ту кнопку, Венера вошла в 12-й дом и внушила им сделать это, а потом они передумали, что там еще бывает?) и кто не любят «многабукаффенные» заметки. Я так думаю (сужу по себе): если пост вам интересен, вы можете спокойно прочитать его в развернутом виде, если нет – прокрутить, если заголовок и первый абзац вас не заинтригуют, что займет всего несколько секунд. Если же кого-то даже это раздражает, то такого человека будут бесить и мои длинные посты, которые он не будет читать внимательно. Тогда и подписываться незачем. А те люди, которые «зафрендили» меня по вышеперечисленным в скобках причинам, «намучившись» с прокруткой текста, который им безразличен, удалят меня из своей ленты друзей и подруг. И будет всем нам счастье.

По той же причине я почти никогда и никого сразу не вношу в список своих друзей и подруг, но регулярно посещаю журналы тех людей, что «зафрендили» мой. Мое главное пожелание к ЖЖ-м друзьям и подругам – это способность к конструктивному диалогу. Остальное не суть важно. Поэтому те люди, которые довольно долго читают мой журнал и не испытывают при этом… м-м-м… дискомфорта, могут оставить комментарий к этой записи, и я их со спокойной душой зафренжу.

Часть постов 18+.

Благодарю за внимание, приятного чтения.
У нас проблема

«Это был полный ******»: когда он случайно подписался ее именем

Волшебство обыкновенное гендерное:

«Вот мужчина из Филадельфии нечаянно обнаружил, что у него, оказывается, есть «невидимое преимущество» перед женщинами. По крайней мере, на работе. Случайно отправил деловое письмо, подписанное именем его коллеги-женщины, и поразился тому, как неуважительно и грубо ему (ей) ответил клиент. Шокированный открытием, но все еще думающий, что это случайность, Мартин (так зовут героя) предложил своей коллеге Николь поменяться именами на две недели. «Я был в аду, – пишет Мартин. – Все, о чем я просил или что предлагал, оспаривалось (клиентами). Клиенты, с которыми я мог бы работать даже во сне, вели себя снисходительно. Один спросил, есть ли у меня парень». «Для Николь эта неделя (когда она подписывалась именем «Мартин») стала самой продуктивной в ее карьере. Я не был лучше нее в работе, я просто имел «невидимое преимущество».

И еще: «Это действительно ***вая штука: для меня это все было шоком. Для нее – то, с чем ей ПРИХОДИЛОСЬ иметь дело. Она просто воспринимала это как часть работы». И да, у Мартина хватило совести заметить, что, когда он отправил самому грубому клиенту поправку, что писала не Николь, а он, Мартин, тон клиента сразу изменился. «Какие толковые вопросы!» – написал клиент.

И у меня лично была похожая история, и не одна. Заказали мне текст для сайта, дали координаты клиента – директора представительства. Звоню ему задать вопросы о продукции (масла и присадки). Он, услышав женский голос, тут же отправляет меня к заму по сбыту, даже не выслушав вопросы. Звоню заму, тот в теме плавает, ответить не может. Говорит, надо у директора уточнить. Через пять минут звонит мне директор, растерянно дает мне нужную информацию, а в конце разговора заявляет: «Ну извините, я же не знал, что вы по делу». WTF?! Они же мне текст заказали! И так – не раз, и не два, и не десять. Постоянно. Это мы ноем, говорите? Просто работаем хуже? Никто нас не ущемляет? А давайте именами поменяемся, на недельку…»
(https://vk.com/wall-77503163_1641),

«Мы с Николь работали в небольшой компании, и наш босс постоянно жаловался на одну вещь: Николь очень долго возилась с клиентами.

Будучи её начальником, я думал, что это небольшая беда. Я считал, что у меня получалось всё быстрее потому, что у меня больше опыта.

И вот однажды я переписываюсь весь день с клиентом по поводу его резюме, и он просто невыносим. Груб, пренебрежителен, игнорирует мои вопросы. Заявил, что его методы соответствуют стандартам профессии (неправда) и что я не понимал термины, которые он использовал (я понимал).

Короче, он меня достал, но вдруг я кое-что заметил. Благодаря нашей общей папке «Входящие» я автоматически подписывался в письмах как «Николь».

Так что он был груб по отношению к Николь, а не ко мне. Любопытства ради я написал: «Привет, это Мартин, вместо Николь я буду заниматься этим проектом». МОЛНИЕНОСНАЯ ПЕРЕМЕНА. Благосклонность, благодарность за предложения, быстрые ответы, фразы типа «классные вопросы». Стал образцовым клиентом.

Кстати, моя техника и советы не поменялись. Просто теперь у меня было мужское имя.

И вот я спросил Николь, всегда ли так происходит? Она сказала: «Ну да, в смысле, не всегда, но да, часто».

Мы провели эксперимент: на две недели мы поменялись именами. Я подписывался именем Николь, а она моим. Чуваки. Это был полный п*****»
(https://medialeaks.ru/1103mms-eto-byil-polnyiy-p-amerikanets-nedelyu-podpisyival-delovyie-pisma-zhenskim-imenem/).
Спасибо за комплимент!

20 лет вместе: больше, чем подруги, меньше, чем любовницы

Отсюда –> Аня Шевченко, «Бостонский брак: альтернатива традиционной семье»:

«— В этом году мы с моей лучшей подругой отмечаем двадцатилетие совместной жизни, — рассказывает Трейси Эмерсон. — Двадцать лет в отношениях, которые я очень долго не могла описать. Мы подруги, компаньонки, близкие люди — эмоционально, но не сексуально. Кто же мы такие?

Я впервые встретила Сьюзи в 1995 году, когда оставила актерскую карьеру, чтобы переехать в Эдинбург со своим тогдашним бойфрендом. Первые девять месяцев мы снимали комнату у Сьюзи, и вскоре стали с ней хорошими подругами. Даже когда мы с партнером переехали в свою собственную квартиру, моя дружба с Сьюзи продолжилась.

Спустя три года мои отношения стали токсичными: мне было плохо физически, я была отчаянно несчастна и чувствовала себя как в ловушке. Однажды я сказала бойфренду, что пошла за газетой, и не вернулась. Вместо этого я возникла на пороге у Сьюзи. Она пригласила меня к себе и проявила твердость, чтобы вытащить меня из ситуации. Этот опыт связал нас и укрепил нашу дружбу.

В то время я была 28-летней утомленной женщиной безо всякого желания новых отношений. Я просто хотела жить своей жизнью и рассчитывала, что как только встану на ноги, перееду в свое собственное жилье. Но со временем мы заметили, что нам нравится жить вдвоем. Мне было с ней комфортно, и ее заразительный энтузиазм наполнял меня оптимизмом и верой в будущее. Ее преданность и вера в меня давали чувство защищенности. Я не хотела переезжать, и Сьюзи тоже этого не хотела.

Ей было 35 лет, она пережила несколько длительных отношений и так же, как и я, совершенно не стремилась к очередному мужчине. Она собиралась учредить собственную организацию, финансирующую искусство, и хотела сконцентрироваться на этом. Мы обе чувствовали, что нам предназначено принять участие в каком-то приключении. Не понимая до конца, куда мы движемся, мы все-таки решили продолжать.

Наши отношения отличались от всего, что я видела вокруг. Наши близкие друзья, видя, как мы счастливы, не ставили под сомнение нашу ситуацию. Родственники, хотя и не всегда понимали наш выбор, приняли нашу совместную жизнь. Остальные строили догадки. Мы всего лишь подруги или у нас лесбийская связь? Что вообще происходит? Не попадая ни в одну категорию, мы и сами были в замешательстве — мы больше, чем подруги, но меньше, чем любовницы. Мы чувствовали взаимную привязанность, но никто из нас не стремился к сексуальной связи.

Та связь, которая была для нас значима, — связь сердца, ума и души. Нам было сложно осознать, что это была глубокая платоническая любовь. Общество не рассматривало это как что-то ценное и позитивное, но это был наш выбор, который давал возможность построить что-то постоянное.

Мы жили как обычная пара — приносили друг другу чай в постель, обсуждали планы на день. Но при этом, как во всех здоровых отношениях, мы оставались личностями, заводили собственных друзей и интересы, договаривались о финансах. Наша квартира принадлежала Сьюзи, но мы считали ее общей. Хотя мы обустраивали домашнюю жизнь вместе, я никогда не ощущала рутину. Мы все время обсуждали наши надежды на будущее, вдохновляя друг друга стать теми женщинами, которыми мы хотели бы быть.

Наша связь с Сьюзи очень похожа на платонический Бостонский брак. Мы обе пожертвовали креативностью ради предыдущих отношений и решили помочь друг другу воплотить наши мечты. После завершения актерской карьеры я не знала, чем заняться. Сьюзи убедила меня писать — о чем я задумывалась, но не отваживалась начать. С ее эмоциональной и финансовой поддержкой я сократила свои рабочие часы и стала писать рассказы. Получив стипендию, я защитила докторскую в области писательского мастерства и опубликовала роман. В свою очередь, я поддержала амбиции Сьюзи в запуске ее арт-организации, которая открылась в 2015 году.

В нашем Бостонском браке никто не планировал связывать себя постоянными отношениями с мужчиной, также мы по разным причинам знали, что материнство — не наша судьба. Хотя наши жизни выигрывали от вклада друзей-мужчин, коллег и временных любовников, мы всегда считали пребывание в традиционной паре мужчина-женщина ограничивающим …

Мы также встретили еще одну единомышленницу. Несколько лет назад Сьюзи воссоединилась с Мэри, старинной подругой из Австралии. Как и мы, она независима, и ей нравится наш образ жизни. Она останавливается у нас на несколько месяцев, а мы навещаем ее в Австралии. Присутствие Мэри изменило наши жизни к лучшему. Она очень энергичная и обладает практичностью, которой не хватает мне и Сьюзи.

Я не хочу создать иллюзию, что мы существуем в какой-то женской утопии. Три женщины, каждая со своим мнением под одной крышей — это не всегда легко. В прошлом году нам выпало сильнейшее испытание. У Сьюзи диагностировали агрессивную форму рака груди. Я была в шоке, не могла перестать рыдать. Когда началось лечение, практические заботы взяли верх и мне пришлось отбросить страхи. После восьми месяцев она поборола рак, и теперь мы втроем еще сильнее стремимся продолжать жить на своих условиях.

Я не знаю, окажутся ли в нашей жизни и другие люди, но я знаю, что Сьюзи, Мэри и я собираемся разделить наше путешествие, полное болезней, старости и смерти, вместе. Можете называть меня ненормальной, но я не встречала ничего более романтичного» (https://vk.com/wall-77503163_120673).

Сравните их жизнь с жизнью типичной классической семьи «требующий обслуживания муж, не получающая от него ничего равноценного взамен жена и дети, которые либо уехали далеко-далеко, либо очень редко их навещают».
Heaven

Предательство самой близкой женщины

А я бы не простила, это поставило бы жирную-прежирную точку в моих отношениях с матерью:

«Я как-то писала сюда и в другую группу о матери моего одноклассника. Она родила в 38 лет, имея в наличии такое заболевание, как ревматизм и ревматоидный артрит соответственно. Не послушав врачей, она таки не прервала беременность и родила. После этого она больше НИКОГДА не встала на ноги.

Я узнала о том, что именно беременность убила ее, превратила в живой труп, уже тогда, когда родила сама. Имея в наличии ревматоидный артрит не в стадии ремиссии... Мне рассказала моя мама.

Внимание, вопрос. Мама, почему ты не сказала мне об этом раньше? Как только я привезла диагноз в 25 лет, еще свободная, не беременная.

Почему?!

Почему позволила мне пойти на это?

Мне повезло, я встала. А могла не встать...

Как это расценить? Халатность, предательство самой близкой женщины в мире?
Осознанное или неосознанное принесение в жертву меня, единственной дочери?

Я живу с этим восемь лет. Мама мне помогает, отдает себя всю внучке. Я в долгу перед ней за это. Но как же больно думать о том, что всего нашего ******* можно было избежать» (https://www.instagram.com/p/BhODoRbnEM_/).

Потому что, как бы плохо она со мной ни обращалась, как бы я из-за этого ни злилась на нее, у меня никогда и мысли не было похожим образом заставить ее принести себя в жертву людям, которым по большому счету насрать и на нее, и на меня.

«Но если говорить правду, женщины перестанут рожать!» Вот и правильно. Самки других видов отказываются размножаться, если считают, что и они сами, и их детенышки/детеныши не получат всего необходимого. И у нас нет ни одной разумной причины поступать иначе. Тем более что планета активно загибается от того количества людей, что уже существуют. Хотите детей? Добивайтесь реформирования системы родовспоможения, а не врите до последнего, что родить – это как посрать сходить. У тех женщин, которые и в текущих условиях были готовы родить двух и более детей, это желание отбила роддомовская мясорубка. Вот с ней и работайте. Чтобы и беременность, и роды, и послеродовой уход стали максимально безболезненными, комфортными. Не хотите? Освобождайте место более эмпатичным в этом плане видам.
Any different

«Я просто не могу!»: противница абортов, узнавшая, что ей хотят отдать «спасенного» ею младенца

Что значит «не могу»? Что значит «сломает»? Таков божественный план! Поменьше негатива, побольше веры в лучшее – и все будет зашибись:

«Пролайф активистка Джейми Джеффрис (Jamie Jeffries), также известная под ником “# pro_life wife”, похвасталась в своих соцсетях, что отговорила женщину делать аборт. Спустя 6 месяцев ребенка у той женщины забрали соцслужбы, а мать ребенка обозначила Джейми и ее мужа как семью, в которую должен попасть ее ребенок, если мать не может им заниматься.

На скрине можно лицезреть реакцию prolife-активистки после того, как она узнала, что ей хотят отдать 6-месячного ребенка, которого она "спасла", на попечение.

Перевод комментария Джейми:

"В феврале я отговорила мать от аборта. Ее ребенку 6 месяцев и его только что забрали из семьи соцслужбы (к сожалению, справедливо). Но эта семья обозначила МЕНЯ как предпочитаемого опекуна для ребенка. Меня???? Нет. Нет, нет, нет, нет, нет, нет, нет, нет, нет! Я и так делаю очень многое, 6-месячный ребенок сломает меня, уничтожит мой брак и психическое здоровье. Я просто не могу"» (https://vk.com/wall-103109692_1129937).

Тю, какая нежная фиалочка для себя и какая грозная судья для других женщин. Столько эмоций!.. Но разве это не вы, все, кто выступает за полный запрет любых абортов, твердите, что не существует таких обстоятельств, при которых принять в свой дом целого нового человечка невозможно? Думали, что это никогда никак не ударит по вам? Считали, что «каким судом судите, таким и сами будете судимы» к вам не относится? Сюрприз-сюрприз. >:^j

Спасибо Любе https://vk.com/wall-77503163_116551 за ссылку на этот пост.
Heaven

Когда вы говорите подруга с подругой не как мать с дочерью, а…

…как женщина с женщиной:

«Все нелюбимые дети (вопрос: а многие ли из них – любимы, если учесть тотальное репродуктивное принуждение, насильственное материнство?) знают, чувствуют, что их не любят. Даже когда родители наперебой рассказывают им обратное. И чем больше рассказывают, тем больше расщепляется сознание ребенка: на деле явные признаки ненависти, а на словах – розовые бантики, но родителям же верить надо, ибо как же?.. У женщин таких вот когнитивных диссонансов – на каждом шагу, в каждом уголке сознания, и на все есть оправдание-адаптивка. Но.

Периодически отлаженная система адаптации к принуждению у конкретной женщины дает сбой, и она нет-нет – да и проговорится. И выдает немного правды о себе. (А иногда система дает сбой настолько, что женщина может “докатиться” даже до того, что начинает производить внутреннюю работу над собой, исследовать содержимое своей головы и свой жизненный опыт. И “моменты истины” принимают систематический и сознательный характер.)

Мне повезло. Я получила беспрецедентный опыт правды от своей матери. В какой-то из немногочисленных вспышек откровенности она призналась, что не хотела меня. Что я нежеланный ребенок. Что она никогда меня не любила. Что материнство было ей в тягость, и она заботилась обо мне чисто для галочки. (Не думаю, что наша с ней история как матери-и-дочери уникальна.)

Не помню точно, сколько мне тогда было лет. Около 25, наверное. Если я когда-нибудь буду писать список событий, существенно повлиявших на мою жизнь, признание моей матери я поставлю одним из первых пунктов. Для меня это был настолько яркий и честный обмен женским опытом… Мой опыт как женщины-дочери встретился с ее опытом как женщины-матери. На удивление, это было без истеричных эмоциональностей и без претензий. Просто констатация фактов. Просто обмен информацией.

Это был урок, что можно взглянуть на свою жизнь – и не захлебнуться в истерике. Что можно поделиться болезненными переживаниями – и не быть осмеянной или избитой.

У всех женщин – очень сильно расщепленное сознание. Признавая собственный болезненный опыт, делясь им с другими женщинами, слушая их опыт, находя общности и подтверждения своим “самым страшным догадкам”, можно шаг за шагом “склеивать” осколки и выстраивать хотя бы нечто похожее на целостную личность» (https://vk.com/wall-137070128_55).

Иногда мамы спрашивают: «Ну и когда я могу и/или должна сказать об этом?» На правах точно такой же бывшей ребенки скажу – лучше сразу, как только впервые поднимается тема «Почему ты меня не любишь/ненавидишь, что бы я ни делала, как бы тепло тебя ни встречала? Это ведь ты создала меня, я – твое творение. Если ты меня не хотела, как я оказалась здесь, рядом с тобой? И почему ты все время срываешь на мне гнев, который заслужили другие взрослые?».
Определись уже

Так боялась обидеть подругу с инвалидностью, что без объяснений перестала общаться с ней

Ну, я думаю, тут лучше действовать по принципу «В любой непонятной ситуации не бойся спросить», гадать все равно бесполезно:

«На первом курсе института, когда я была ещё довольно беззаботной и необремененной феминизмом, только начинала читать «Бодипозитив» и что-то узнавать, я часто наталкивалась на одну девушку, обычно на лестницах. Да и вообще её трудно было не заметить: она носила наколенники и защиту на руках и передвигалась не так легко, как остальные студентки.

В лучших традициях мы делали вид, что ничего не замечаем и всё в порядке. Наш университет трудно назвать доступным для людинь с инвалидностью, но она справлялась, а мы очень не хотели переживать на этот счёт.

Ещё в те времена я очень любила громко что-то обсуждать, заявлять, что этот фильм ужасен, этот человек дремуч и всё кругом не так.

Так-то мы и познакомились, она сидела где-то рядом, мы разговорились. Очень умной и приятной оказалась моя тогда новая знакомая. Мы решили, что должны обязательно встретиться и пообщаться. Обменялись телефонами, так как она не сидела в социальных сетях, слали смски. Только вот каждый раз, когда мы собирались встретиться, я была занята. У меня было много работы, действительно много, но мешало мне что-то другое.

Пришлось порефлексировать, чтобы понять, что это.

Это были страх и неловкость. Я не знала, куда с ней пойти.

Хотела позвать делать декорации для мультфильма в прекрасном коллективе, но от метро был долгий путь через дворы и переходы с лестницами, а до самого помещения 4 лестничных пролёта из старых, рассыпающихся ступенек когда-то-завода.

Позвать гулять? Я стеснялась спросить, удобно ли ей долго ходить, не будет ли ей неловко, если я буду ходить рядом с ней медленно, как бы дожидаясь её. Как мы будем куда-то идти? Какими активностями она занимается? Не будет ли ей некомфортно есть в кафе?

Я была в панике. И боялась спросить, как мне быть, потому что боялась её обидеть. И всё равно в итоге обидела.

Получился замкнутый круг: мне нужно было узнать её ближе, чтобы понимать, как взаимодействовать, и в то же время, чтобы узнать поближе, взаимодействовать нужно было начать.

Я так и не осмелилась спросить. Она, я думаю, так и не поняла, почему я просто исключила её из круга своего общения.

Это третья вещь за 24 года жизни, за которую мне стыдно ...

Боязнь оказаться некорректной, отсутствие адекватной инфраструктуры, отсутствие информации, знаний о людях с особенностями здоровья – всё это вылилось для меня лично в то, что я обидела одну из самых интересных подруг, которых встречала.

А для неё, я думаю, я была одной из череды подобных трусих и разочарований.

Я всё ещё не знаю, нужно мне было спросить или просто куда-то пригласить, или попросить её решить, куда мы пойдём. Что было бы правильным?

Надеюсь, я найду ответ и силы. Рано или поздно» (https://vk.com/wall-111819385_19920).

Из комментариев:

«Вот, кстати, иногда именно люди без особой эмпатии и чуткости (вроде бы) оказываются лучшими друзьями в таких случаях. У меня была подруга, которая не парилась спрашивать, сколько мы можем пройти, зайти в кафе, если я устала, донести мне поднос, и всё это безо всякой ужасной "чуткости", которая скорее пугает и напоминает о том, что с тобой что-то не так. Именно вот эти "нетактичные" громкие вопросы и уточнения лично для меня были лучше всего. И вопросы не тоном "Ой, ты, наверное, так страдаешь, сейчас добрая тётя тебе поможет", а тоном, каким спрашивают: “Что жрать будешь, пиво берём?”».

Я примерно так и общаюсь с N., правда, ее инвалидность – ментальная. В этом плане все ОК.
"Игры"

Создательница теста на беременность не получила ни цента за свое изобретение

От высоконравственных мужчин, которые совершенно спокойно могли кончить в ту, кто была совершенно не готова становиться матерью, лишь бы себя любимых еще разочек порадовать привычным образом, и перестали считать тест на беременность аморальной штукой, когда поняли, что дело пахнет деньгами – огромными деньгами:

«…У Маргарет не было медицинского образования, но это не помешало ей довольно быстро соорудить рабочий образец устройства, который она назвала Predictor ("Предсказатель") ...

Маргарет ожидала увидеть если не восторг, то хотя бы изумление в глазах своих начальников, и поспешила поделиться новостью.

"Я на радостях показала свой прототип начальнику, а он сказал: "Очень интересно, но мы не можем это производить. Если мы будем продавать это женщинам, то потеряем бизнес. Нет, это невозможно", – вспоминает Маргарет Крейн.

Некоторые из вышестоящих сотрудников компании вообще считали, что женщины не в состоянии будут понять, как пользоваться этой вещью.

"На самом деле они думали, что это аморально: женщины не должны сами этого делать, это прерогатива врачей (большинство из которых были мужчинами). И я даже слышала, как один человек [в руководстве компании] сказал: "Если дочь какого-нибудь сенатора купит такой тест, узнает, что беременна, и прыгнет с моста, то на нас подадут в суд, и мы потеряем компанию", – рассказала изобретательница.

Organon, где работала Крейн, была дочерней фирмой голландской компании Akzo, и американские боссы Маргарет все же решили, не называя имени изобретателя, оповестить европейских начальников о разработке новинки.

В головной европейской компании идеей заинтересовались, но Маргарет ничего об этом не знала.

Через несколько месяцев, уже в 1968 году, до нее дошли слухи, что в Organon планируется совещание о дизайне домашнего теста на беременность и рекламной кампании.

"Я просто пришла туда без приглашения. Меня не выгнали, и я положила на стол свой образец после того, как все присутствовавшие продемонстрировали свои идеи. Началось совещание, и рекламщик Айра Стёртевант обошел весь стол и выбрал мой вариант, сказав: "Мы ведь таким как раз и пользуемся, верно?" – вспоминает Маргарет.

Дело в том, что все прочие образцы были разработаны мужчинами и сделаны с излишествами, которые должны были привлечь покупательниц. Дизайн устройства Маргарет, напротив, отличался минималистичностью: в нем было только то, что нужно, чтобы получить результат ...

Так просто дело не кончилось: после одобрения дизайна Маргарет Крейн, начались разговоры о том, что ее идею не так просто запустить в производство – не рентабельно.

Но молодая женщина не сдавалась: "Я взяла пару дней отпуска (это все было еще до компьютеров), вооружилась "Желтыми страницами" и стала искать компании, изготавливавшие пластмассовые изделия. В одной из них согласились произвести прототип за треть стоимости, которую называли в Organon. Так что компания просто вынуждена была использовать мой дизайн".

В 1969 году Organon подала запрос на регистрацию патента с именем Маргарет Крейн в графе "изобретатель" с условием, что женщина за 1 доллар отпишется от прав на изобретение. Маргарет лишилась доходов с продаж, но все равно согласилась.

Впервые тест-предиктор поступил в продажу в Канаде в 1971 году с рекламным лозунгом: "Каждая женщина имеет право знать, беременна она или нет". В США на получение одобрения властей ушло еще пять лет ...

Успех превзошел все ожидания: объем продаж в США домашнего "Предсказателя" беременности за первые четыре года составил 40 млн долларов.

Однако мало того, что сама Маргарет не получила ни цента за свое изобретение, ее имя долгое время не упоминалось в связи с историей создания первого теста на беременность.

И когда, читая в 2012 году статью в New York Times о первом домашнем тесте на беременность, Маргарет вновь не нашла своего имени, она поняла, что должна сама заявить о себе.
Она достала из шкафа первый прототип своего "Предсказателя" и выставила его на аукцион с сопроводительной справкой. Когда прибор приобрел Национальный музей американской истории Смитсоновского института, вкладом Маргарет заинтересовалась пресса» (https://vk.com/wall-46661081_71415).
Нет

Они: «Роди ради спасения человечества, передай свои гены!»

Лама, 33 года, бухгалтерка:

«Я просто не чувствую в себе сильного желания стать матерью. Все говорят, что я буду сожалеть об этом и что материнство является природным инстинктом всех женщин. Существуют те, кто продвигают это наивное представление о том, что женщины являются основой всего человечества и в нашей ответственности воспитывать детей, чтобы сделать мир лучше. Но есть и другие, кто смотрит на это с чисто биологической точки зрения, настаивая на том, что у меня есть дети, потому что это моя основная функция как человека. Но я не разделяю ни одного из этих взглядов. Даже если бы весь мир зависел только от меня единственной, я бы всё равно не родила ребенка, потому что не чувствую такого желания»*,

Жанна, 30 лет, стоматологиня:

«Я думаю, мы все должны сосредоточить свое внимание на живущих сегодня детях и на бесчеловечных условиях, в которых многие из них существуют. Я не верю, что мои гены настолько необычны, чтобы передать их другому поколению, я не обладаю никакими специальными навыками, от которых зависит выживание человечества. Наконец, я просто не настолько легкомысленна, чтобы просто надеяться на лучшее и игнорировать тот факт, что у меня, как и у большинства людей, нет необходимых возможностей воспитать здорового ребенка»*.

*«Арабские женщины рассказали нам, почему не хотят становиться матерями. “Я не хочу выбирать между покупкой платья для себя или подгузников для ребенка”», Айя Абдельрахман (https://www.vice.com/ru/article/gy8vwm/arabskie-zhenshiny-rasskazali-nam-pochemu-ne-hotyat-stanovitsya-materyami?utm_referrer=https%3A%2F%2Fzen.yandex.com, https://vk.com/wall-86832084_230119).
У нас проблема

Селективные аборты – целенаправленное уничтожение будущих женщин мужчинами

Поэтому название у них очень неудачное – не отражает тот факт, что эта селекция работает исключительно в одну сторону, что никогда не было раньше и сейчас не существует ни одной страны, где бы поощрялось уничтожение будущих мужчин. И это отличает их от абортов нормальных, когда ТОЛЬКО сама беременная решает, делать ли ей аборт или нет. Как это сформулировала Таис, слова

«по меньшей мере 60 миллионов девочек были "ликвидированы" в результате детоубийства или принудительных абортов, когда в ходе исследований выяснялось, что должна родиться девочка»

на самом деле означают

«женщинам по воле мужчин сделали прерывание беременности, в ходе которой женщина могла создать женщину»*.

И это очень опасно не только для тех из нас, кого мужья заставляют рожать до тех пор, пока не получат «наследника», но и для всех остальных:

«…Селективные аборты приводят к радикальной реструктуризации общества, которая влечет за собой увеличение насилия по отношению к женщинам и девочкам — эта динамика задокументирована географиней-феминисткой Джони Сигер в её недавно опубликованной книге "Атлас женщин". Сигер утверждает, что, согласно данным из исследований о селективных абортах, в 1995 году в таких странах, как Китай, Индия, Пакистан, Бангладеш и Южная Корея, мальчиков было рождено значительно больше, чем девочек. В 2018 году более 20 стран задокументировали у себя дисбаланс в количественном соотношении полов. Отчёт под названием "Половой дисбаланс при рождении", опубликованный Фондом ООН в области народонаселения в 2012 году, гласит, что маскулинизация демографических тенденций "имеет серьёзные социальные и экономические последствия" и что это "не естественный феномен, а результат целенаправленного уничтожения девочек" …

Увеличение числа селективных абортов само по себе тревожно, но эта форма дискриминации также провоцирует широкомасштабные проблемы по всему миру, в частности, потому что "дефицит" женщин, доступных для секса или замужества, восполняют другими женщинами путем траффикинга и похищения для удовлетворения спроса.

На территориях вроде Молдовы, Чечни, Армении, Эфиопии, Южной Африки и Казахстана широко распространена практика "похищения невесты". В Кыргызстане около 12000 молодых женщин и девочек — каждую четвертую — ежегодно похищают для выдачи замуж за незнакомцев ...

Большинство девочек и женщин, которых похищают мужчины, очень молоды, что, вероятно, вносит свой вклад в высокие показатели материнской смертности в регионах вроде Центральной Азии (Кыргызстан, например, имеет самые высокие показатели во всей Центральной Азии). Многие похищенные женщины совершают самоубийство ...

В Великобритании также наблюдается рост селективных абортов по признаку пола, где частные клиники за 150-200 фунтов стерлингов продают анализы крови, которые могут выявить пол эмбриона. “Jeena International”, благотворительная организация Великобритании для женщин из этнических общин, сообщает, что женщин, у которых должны родиться девочки, иногда принуждают прервать беременность. Рани Билху, основательница “Jeena International”, рассказала “The Independent”: «Неудивительно, что они прибегают к аборту, ведь у них нет выбора. Они не хотят быть бездомными, не хотят, чтобы их брак распался — и всё потому, что они не смогли родить мальчика» ...

Растёт не только число селективных абортов, но и очень реальное и постоянное притеснение по признаку пола, которое сказывается на женщинах и девочках, находящихся под угрозой того, что они станут невидимыми из-за изменений в политике и законах, которые стирают понятие пола и упраздняют женщин как политический класс.

В Финляндии проживают 10000 девочек и женщин, которые подверглись калечащим операциям на женских половых органах, и еще от 650 до 3000 находятся под угрозой. Считается, что в Англии и Уэльсе 8200 женщин могли бы выжить после смертельных сердечных приступов, если бы им предоставили такое же по качеству лечение, что и мужчинам. В прошлом месяце женщина и две ее дочери были сожжены заживо в восточном индийском штате Бихар, потому что женщина “не смогла” родить сына. В этом же городе полиция недавно нашла заживо похороненную девочку, сброшенную с крыши семимесячную девочку, брошенную в сортир шестидневную девочку и женщину, которая отравила себя и трёх своих юных дочерей. Каждый из этих случаев является следствием пренебрежительного отношения к женщинам в обществе — от рождения и на протяжении всей их жизни.

Одновременно с тем, как происходят эти варварские и фатальные проявления женоненавистничества, мы видим, как учёным платят миллионы долларов за исследование "гендерного разнообразия" и рассмотрение вопроса о необходимости ставить запись о поле в официальных правительственных документах. Регистрация пола имеет основополагающее значение для контроля за случаями угнетения по признаку пола, однако таким исследователям «гендерной идентичности», как Салли Хайнс из университета Лидса и Давина Купер из Королевского колледжа в Лондоне, поручили провести исследование, чтобы ответить на вопросы: «Должен ли гендер сохранять правовой статус, присвоенный при рождении? И каковы будут последствия подобной реформации?» В данном случае слово "гендер" заменяет слово "пол" …

Недавно в ходе парламентских дебатов о реформе закона “О признании гендера”, которая позволила бы людям идентифицировать себя в качестве любого пола на их выбор, Лейла Моран, британская парламентёрка и либеральная демократка из Оксфорда, заявила: «Я просто не понимаю, в чем тут проблема. Существует огромное многообразие того, каким может быть человеческое тело. Я обращаю внимание на душу и личность человека. Мне всё равно, если у них мужское тело».

Политики могут утверждать, что им неважен пол человека, но выходит так, что патриархат очень заботят тела женщин и девочек. Мы оказались в том времени, когда левые превращают пренебрежение жизнями женщин и девушек в добродетель. Вместо того чтобы призывать к соблюдению мер предосторожности и обращать более пристальное внимание на вызывающий тревогу рост селективных абортов по всему миру, который ведёт к множеству негативных последствий для женщин и девочек, а также для целых обществ, на страны оказывается давление с целью принятия политики, которая сделает отслеживание дискриминации и неравенства по признаку пола невозможным.

Нобре говорит, что женщин “истребляют”. Женщин и девочек не только делают невидимыми, но также затыкают с помощью политики, которая не позволяет говорить об угнетении, основанном на нашем поле. Я не знаю, как противостоять современным патриархальным тенденциям, но мне действительно хотелось бы узнать, почему так много женщин заодно с теми, кто хочет стереть нас из общества» (https://vk.com/@radfemtranslations-s-uchetom-uvelicheniya-chisla-selektivnyh-abortov-prenebrezh).

200 миллионов "исчезнувших" женщин.

Больше десяти лет прошло с момента опубликования доклада, но по-прежнему единственное, что большинство из нас продолжает волновать в "женском вопросе", – это кризис рождаемости.

Это настоящий "The Hidden Gendercide", скрытый геноцид женщин, который можно назвать самым страшным и трагическим массовым истреблением в истории …

Впервые этим вопросом занялся Центр по демократическому контролю вооруженных сил в Женеве, международный фонд, который на протяжении многих лет борется за более безопасный мир. "Международное сообщество безучастно наблюдает за убийством Евы", говорится в докладе фонда, получившем название "Женщины в небезопасном мире". В то время как в период между 1993 и 2003 годом число "серьезных" вооруженных конфликтов (число жертв сражений превышает 1000 человек) снизилось на 80 %, повседневная война женщин стала более жестокой и смертельной» (https://vk.com/wall-78564229_38409).