February 1st, 2020

Спасибо за комплимент!

Стефания Исполатова о бессмысленности подражания мужчинам

К слову о модной байке «Эти радфемки хотят превратить женщин то ли в мужчин, то ли в бесполых общечеловеков».

Эти слова Стефания произнесла в 1908 году на Первом Всероссийском Женском Съезде, но они по-прежнему актуальны:

«Сознает ли женщина самою себя? На этот вопрос пока нужно ответить отрицательно. Мужские законы и вытекающий из них весь общественный строй наложили на нее целую сеть запрещений. От пеленок до могилы она беспрерывно находится в среде, враждебной ее стремлению к самостоятельности. Ей с детства внушают веру в превосходство мальчика над девочкой, мужчины над женщиной, она слышит, что мужественность — это достоинство, женственность же — это что-то неопределенное, слабое, ограниченное, узкое.

Вследствие направляющего влияния мужских законов до сих пор только один мужчина определял свойство как своего, так и женского характера. Неудивительно, что при таком одностороннем определении все достоинства оказались на стороне мужчин. Даже преобладание физической силы ставится ему в заслугу.

Естественно, что при таком положении вещей значения многих слов, как например — ум, логика, определялись с чисто мужской точки зрения: мужской ум, мужская логика — понятия положительные, слова: женский ум, женская логика — употребляются разве только в усмешку. Во всей истории, вплоть до наших дней под словом «человек», «человеческие права» понимается мужчина, мужские права, а слово всеобщее относится только к мужчинам, зато слово «падшая» относится исключительно только к женщине. Падших мужчин не бывает.

Но самым удивительным является значение слов «узкое» и «широкое».

Мужчины всех направлений в своих законопроектах требуют прав только для себя. Женщинам, по мнению одних, совсем не нужны права, по мнению других — давать им еще «не время». «Они получат потом, когда настанет всеобщая свобода … а пока только нам». Это широко. Когда же женщина прибавляет: также и нам — это узко ...

«Вы рассуждаете чисто по-женски», — говорят мужчины, а за ними повторяют и «мужественные» женщины. И женщина, задетая этими оскорбительными словами, спешит поскорее сбросить с себя все «женское», как что-то позорное, чтобы приобрести мужской ум и мужскую логику. В бессмысленном подражании мужчине она топчет в грязь свою духовную, творческую силу, свою волю, свою душу. Для определения своих природных свойств она пользуется мужской меркой, ибо собственная мерка не выработана. Она смотрит на себя мужскими глазами, а мысль ее — и та подчинена мужской цензуре. Есть исключения, но их пока немного.

Вейнингер говорит, что женщина ничтожна. Не разделяя, конечно, всех болезненных размышлений этого способного, но ненормального юноши, я, пожалуй, с ним согласна в том, что женщина ничтожна (если ничтожество ее понимать в смысле отсутствия самосознания). Только мотивы у нас разные: он считает женщину ничтожной постольку, поскольку она — женщина, я же считаю ее таковой — поскольку она отрицает в себе женщину. Она ничтожна, поскольку она верит в свое природное ничтожество.

Говорят: нет творчества в женщине. Мы знаем, что оно есть, но слабо — от неупражнения. Слабо оттого, что она верит в отсутствие в себе творчества. Ей ставят в вину каждый ее шаг в самостоятельной организации. Зачем обособляться? — говорят ей мужчины, и за ними повторяют то же и женщины. Проследим, однако, кто собственно обособляется. Думаю, не трудно доказать, что обособляются-то именно мужчины: в школах, учреждениях, клубах, в суде, церкви, во многих профессиях, в парламенте, в законодательстве. Одним словом, они обособляются, когда речь идет о правах.

Самостоятельная же организация женщины — это не только не обособление, а, наоборот, стремление к объединению, которое может осуществляться только при условии предварительного развития в женщине самостоятельности и самосознания. Насколько существуют особые правовые ограничения для женщины, как таковой, настолько должны быть особые женские организации для того, чтобы, уничтожив эти ограничения, уничтожить вместе с тем и обособление полов.

Но за это стремление к самостоятельности на нее сыпятся упреки в феминизме (слово, которое у нас считается чуть ли не ругательным). Еще бы! Ведь феминистками называют тех бунтовщиц, которые, считаясь с историческими фактами, не верят программам, словам и обещаниям и самостоятельно хотят добиться своих прав. От женщины требуется прежде всего вера: вера во все, что бы им не внушали (такой же веры требует всякая власть от подвластных), а феминистки — неверующие, следовательно неблагонадежные. (Мы знаем, что такого рода преступления не прощаются.) …

Правовое государство мужчин развило в них эгоизм, жестокость, злоупотребление грубой силой, высокомерие и самомнение, доходящее до мании величия. Правовое рабство женщины выработало в ней покорность судьбе, рабскую угодливость, зависть, хитрость, лживость и полное отсутствие достоинства своей личности, как женщины ...

Большинство из нас повторяют за мужчинами, что женский вопрос узок, что даже нет женского вопроса, а есть только вопрос общечеловеческий. Если бы так было! Но дело в том, что общечеловеческого вопроса именно еще нет. То, что до сих пор мы понимали под общечеловеческим вопросом, есть ни более и ни менее как только мужской вопрос, ибо всегда, как и теперь, под человеком понимался мужчина. Женщина же только мать, дочь, жена человека, оруженосец человека. Всякая политическая борьба или так называемые общественные движения были вовсе не общественные, а только мужские. Конечно, женщины туда привлекались и привлекаются — для работы, ибо хотя и до сих пор женщина еще не признана вполне правоспособной, зато она всегда и везде признавалась работоспособной …

Без самостоятельной инициативы женщины всех классов, без ее индивидуального творчества, всякие новые социальные теории будут только вариациями на старую тему. Самосознание женщины произведет такой переворот во всех областях общественной жизни, о каком еще ни одна революция не мечтала, ибо переворот этот коснется самого корня жизни, а не ее внешних форм. И, что самое важное, в нем не будет ни врагов, ни побежденных, он не вызовет ни кровавых жертв, ни реакции. Борьба женщины за свои права и за свою свободу — это борьба за счастье обоих полов»
(http://womenation.org/%D0%BD%D0%B0%D1%88%D0%B0-%D0%BE%D0%B1%D1%89%D0%B0%D1%8F-%D0%B6%D0%B5%D0%BD%D1%81%D0%BA%D0%B0%D1%8F-%D0%B8%D1%81%D1%82%D0%BE%D1%80%D0%B8%D1%8F/).
Спасибо за комплимент!

Когда добрые люди спрашивают: «И как вы спите – зная, что обе попадете в ад? ☺»

Настолько хорошо, крепко, насколько получается:


(https://twitter.com/perla26038344/status/1036084217954926593).

И вообще такие шпильки – это не про искреннее желание угодить тому или иному божеству, а про панический ужас мужчин перед по-настоящему честной конкуренцией – что в деловой жизни, что в личной.

P. S. Напоминаю – как и обещала делать время от времени.

Я отношу сатанизм к религии – и ее я (как и все остальные: https://talifa88.livejournal.com/699004.html) не практикую. Назвала одну из своих меток «Как делают сатанисткой» в честь тех, кто записывает в сатанистки всех подряд и при этом не может объяснить просто и понятно, что же такое сатанизм.

P. P. S. К ЛГБТ-движению я тоже никакого отношения не имею, не представляю его и не хочу с ним ассоциироваться, меня (как я есть радикальная феминистка) интересуют ТОЛЬКО биологические женщины – любые.