March 3rd, 2018

"Игры"

Почему Эбигейл пришлось отдать своего ребенка Пеннивайзу

Реалистичная и жутковатая (ну, для тех, кто предпочитает не замечать, что тут у нас творится по-всамделишному каждый гребаный день) сцена, которая, возможно, войдет во 2-ю часть фильма «Оно». Здесь почему-то ее не стали полностью переводить и публиковать:

«Напомним, месяц назад Билл Скарсгард, исполнитель роли клоуна Пеннивайза в новой экранизации романа Стивена Кинга «Оно», рассказал Variety об одной сцене-флэшбэке, которая не вошла в финальный монтаж сентябрьского хоррора.

Тогда Скарсгард лишь в общих чертах, без подробностей, описал сцену: «Мы снимали сцену, которая была флэшбэком в 1600-е годы, до того, как Пеннивайз стал Пеннивайзом [каким мы его видим в фильме]. Сцена вышла действительно, по-настоящему пугающей. И я там не клоун. Я больше похож на себя самого. Это пугает, и это своего рода предыстория, что такое Оно есть и откуда пришло».

Теперь, благодаря пользователям сайта Reddit, стали известны подробности вырезанного эпизода.

Действие происходит в 1637 году. Девушка, обозначенная в сценарии как Эбигейл, вбегает в дом, прижимая к груди младенца. Затем в доме появляется Пеннивайз, которого описывают как «голая, гибкая, бледная, полупрозрачная, полусформировавшаяся имитация человека с острыми зубами-бритвами». Он начинает угрожать перепуганной девушке, чтобы она отдала ему ребенка.

Сценарий продолжается: «Эбигейл отворачивается от ребенка и смотрит на угли, тлеющие в камине. Нам продолжают показывать ее лицо, внезапно озаренное светом, тогда как за ее плечом, в расфокусировке, Пеннивайз склоняется над младенцем и начинает пожирать его».

И далее: ‘Мы слышим крик ребенка и хруст его плоти. Эбигейл продолжает смотреть на яркое оранжевое свечение в камине, которое разгорается все ярче из тлеющих угольков. Выражение ее лица меняется. Страх. Отрицание. Печаль. Принятие. А потом ничего. Просто пустой взгляд, как если бы ничего ужасного не происходило сейчас за ее спиной’» (https://www.soyuz.ru/news/4134).

Прочитав это, можно подумать, что Эбигейл отдала своего ребенка Пеннивайзу, чтобы спасти себя. Тогда как на самом деле:

«1637 год. Мы внутри колодезного дома. На дворе ночь. В дом вбегает 19-летняя Эбигейл и захлопывает дверь так, будто за ней гонится сам Сатана. Она прижимает к груди своего ребенка. Становится на колени перед тлеющими углями в очаге. Она дует на них, но пламя не разгорается. Ее малыш начинает беспокоиться.

Эбигейл. Тише, шшшш... все будет...

Она замолкает, понимая, что маленькая свечная люстра медленно вращается над ее головой. Люстра освещает комнату будто бы по приказу некой сверхъестественной силы – как маленькие примитивные прожекторы. Она слышит, как что-то скользит в серой тени колодца. Время от времени перед нами мелькают проблески черного силуэта, что меняет свою форму, будто пытается решить, какая лучше.

Эбигейл. Прошу тебя, Дьявол... оставь нас в покое...

Форма снова меняется. Луч света проходит по Пеннивайзу – обнаженному, стройному, бледному, полупрозрачному, полусформировавшейся имитации человека. Он открывает свою пасть, полную больших и острых – как бритва – зубов, из пасти капает слюна. В то время как люстра вращается по часовой стрелке, Пеннивайз ходит по комнате в обратном направлении. Каждый раз, когда свет падает на его лицо, оно меняется. Мужчина. Женщина. Зверь. Чудовище.

Пеннивайз. Ошибаешься, женщина. Я не просто Дьявол, я – Пожиратель Миров.
Его голос гортанный, неестественный.
Эбигейл.
Но мой ребенок, только не мой ребенок... Он невинен...
Пеннивайз. Это ты так говоришь.
Ребенок кричит. Пеннивайз улыбается.
Пеннивайз.
Восхитительный страх...
Эбигейл. Умоляю тебя: забери МЕНЯ.
Эбигейл отступает.
Пеннивайз.
Обязательно. А потом я заберу и его. И твоего мужа, и других твоих детей, и всех дикарей, что привели тебя сюда. И когда вы все сгниете в земле, я обглодаю твои кости так, что на них не останется ни кусочка мяса. И потом я буду искать твои кости и пожирать твоих людей до тех пор, пока здесь ничего не останется, кроме сорняков! (Пауза.) Или: ты пока займешь себя чем-нибудь и не будешь мешать мне. Я заберу его – а ты останешься здесь, как и другие твои дети, которые меня не интересуют. И ты будешь благодарить МЕНЯ за то, что лихорадка и мороз не станут для вас проклятиями на этой земле.

Эбигейл снова смотрит на своего ребенка. Она дрожит, она не хочет отдавать его. Позади нее открывается дверь.

6-летний мальчик. Мама?
Эбигейл. НЕТ! УХОДИ! СЕЙЧАС ЖЕ!

Испуганный мальчик убегает. Эбигейл поворачивается к Пеннивайзу. Где бы он сейчас ни находился в комнате. Кажется, люстра стала вращаться быстрее. Она целует ребенка и опускает его на пол. Ребенок кричит.

Эбигейл. Прости меня, мне так жаль...

Она отворачивается от ребенка. Смотрит на тлеющие угли. Мы смотрим на ее лицо, в то время как они, кажется, начинают светиться ярче, а за ее плечом можно увидеть размытый образ Пеннивайза, который подползает к ребенку и начинает пировать. Резкий крик ребенка обрывается, когда мы слышим хруст.

Эбигейл продолжает смотреть на яркое оранжевое сияние, которое дает не мерцающий огонь, но мертвые огни. Выражение ее лица меняется. Страх. Отрицание. Грусть. Принятие. И затем – ничего. Просто остекленевший взгляд. Будто за ее спиной на самом деле не происходит ничего ужасного
» (https://www.independent.co.uk/arts-entertainment/films/news/it-movie-pennywise-deleted-scene-cut-2016-draft-script-deleted-clown-1600s-child-eating-a8004431.html).

Вчера утром об этом прочитала – и до сих пор думаю о двух вещах:

*Эбигейл было всего 12 лет, когда родители или кто-то еще, под чьей опекой она была, сбагрили ее педофилу; за 7 лет она родила от него (как минимум) трех детей;

*почему Пеннивайзу, который мог на несколько секунд скрыться в темноте, а потом внезапно появиться прямо перед ней, показать свои милые зубки и, напугав ее до чертиков, вырвать из ее дрожащих рук ребенка, было так необходимо, чтоб она сама отдала его? Так необходимо, что он пообещал ей: не сделаешь этого – убью тебя, убью этого твоего ребенка, убью твоего мужа, убью других твоих детей и всех людей, что живут тут вместе с тобой, сделаю так, что на месте вашего поселения останутся только сорняки, а если отдашь его мне – защищу вас всех от лихорадки и мороза?